Потребление алкоголя в России


В России происходит демографический кризис с показателями смертности, превышающими рождаемость на 900 000 человек в год. «Население России сократится до 128,9 миллионов человек из сегодняшних 140 миллионов или около того, даже если 250 000 иммигрантов ежегодно переезжают в Россию в период 2013–2026 годов», — прогнозирует глава Новой экономической школы Сергей Гурьев в интервью Barent’s Observer.

Рост обсуждаемой иммиграции был основным обсуждаемым решением, несмотря на тот факт, что одним из основных факторов аномально высокой смертности в северных постсоветских странах является употребление алкоголя. По оценкам, прямая и косвенная смертность, связанная с алкоголем, ежегодно приводит к смерти около 500 000 человек только в России. Мысль о том, что эффективные меры политики в отношении алкоголя могут увеличить продолжительность жизни, побуждает группу российских экспертов по вопросам смертности и политики в отношении алкоголя проводить академические мероприятия по этому вопросу. «Цель — не только обсудить смертность, связанную с алкоголем, но и предложить пути преодоления проблем», — пишет одна из инициаторов группы Дарья Халтурина в презентации для семинара «Разработка эффективной алкогольной политики для России: Международный опыт и российские реалии », состоявшийся в Москве в начале марта.

Официально потребление алкоголя в России составляет около 10 литров на человека, но фактическое общее потребление оценивается примерно в 14-15 литров, включая широкое употребление нелегальных спиртных напитков, таких как домашний напиток или этаноловые продукты, которые были разработаны для другое — часто фармакологическое — использование, что затрудняет оценку общего потребления. Николай Герасименко, глава оргкомитета и заместитель председателя комитета по здравоохранению российского парламента, открыл семинар, сославшись на структуру потребления, признанную типичной для России; 90 процентов потребляемого алкоголя состоит из водки и пива. Водка составляет не менее 60% потребления (оценка ВОЗ: 75%) как самая дешевая альтернатива с точки зрения соотношения цена / крепость; по цене бутылки водки, которая составляет около трех долларов, можно купить только три бутылки пива. Потребление алкоголя является самым высоким среди мужчин и распространено среди молодежи. Около 80 процентов молодых людей в возрасте от 11 до 24 лет употребляют алкоголь. По словам Герасименко, приоритетом номер один должна быть разработка эффективной алкогольной политики: «Северный опыт ценен в этом процессе», заявил он участникам семинара из Северной Европы. Другой вступительный оратор, Игорь Барциц, представитель Российской академии управления государственной службой, подчеркнул, что необходимо исследовать сложившуюся социальную структуру, чтобы изучить способы и механизмы для обдумывания и действий в соответствии с порядком. продвигать выбор здорового образа жизни.

Мартин Макки из Лондонского университета, эксперт по проблемам здоровья и систем здравоохранения в странах Восточной Европы и бывшего Советского Союза, отметил, что при обсуждении демографического кризиса большое внимание было уделено низкому уровню рождаемости, хотя Высокие показатели преждевременной смертности среди населения России представляют собой проблему одинаковой величины. Если развитие будет продолжаться по той же траектории, к 2050 году численность населения Российской Федерации станет меньше, чем в таких странах, как Уганда, Мексика или Эфиопия, заявил Макки. Средний возраст юношей в Великобритании с вероятностью достижения пенсионного возраста составляет 90 процентов, а у российских мальчиков — только 50 процентов. Макки размышлял о более широком влиянии плохого состояния здоровья на российскую экономику и напомнил аудитории, что больные люди с меньшей вероятностью останутся на работе, что они рано выйдут на пенсию и вряд ли будут вкладывать средства в образование. Макки считает, что существует настоятельная необходимость в разработке комплексной стратегии многосекторальной политики для России, в целях укрепления системы общественного здравоохранения, четкого определения роли различных участников, повышения уровня подготовки кадров в современном здравоохранении и укрепления систем эпиднадзора, особенно в отношении смертельные заболевания. Макки объясняет: «Хотя Россия внимательно следит за своей демографией, она уделяет мало внимания надзору за несмертельными заболеваниями».

Участники приложили согласованные усилия для достижения основной цели семинаров, то есть для обсуждения вариантов политики для России. Свен Андреассон из Шведского национального института общественного здравоохранения рассказал о возможных вариантах алкогольной политики в России и выделил пять эффективных мер по снижению проблем с алкоголем на уровне широких слоев населения: сокращение физической и экономической доступности алкоголя, сдерживание употребления алкоголя, краткие консультации в области здравоохранения, программы аренды и ответственные услуги напитков. Андреассон также отметил важность профилактических программ и действий на местном уровне и упомянул роль СМИ в формировании общественного мнения. Эса Остерберг из Финского национального центра исследований и разработок по благосостоянию и здоровью (STAKES) представила северный опыт, который может быть полезен при обсуждении стратегий алкогольной политики. Он представил различные меры контроля и их последствия, а в заключение заявил, что повышение цен и более строгий контроль физической доступности алкогольных напитков оказались наиболее эффективными мерами.

Один из слушателей поинтересовался мыслями Андреассона и Остерберга об образовании как инструменте политики. Исследователи ответили, что информация и образование, возможно, не должны рассматриваться как эффективные инструменты сами по себе, а скорее служат дополнением к другим вкладам, способствующим формированию общих установок. Дарья Халтуина попросила дать краткий совет о том, какие действия следует предпринять в России. Эстерберг подчеркнул, что это было особенно сложно, поскольку никто не мог предсказать, как разные общества отреагируют на разные меры. Когда Эстерберга попросили выбрать три инструмента, он согласился на следующее: акцизные сборы, которые он назвал «надежным инструментом»; возрастные ограничения, которые он назвал особенно эффективными в отношении поведения молодых людей и, наконец, выпивки вождения. «Эти три меры дают хорошее начало», — заключил Эстерберг.


Developing an Effective Alcohol Policy for Russia

Matilda Hellman

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*